5 Aug

МОСТ (главы 28 и 29) – это заключительные главы мистического романа автора Романа Ударцева “МОСТ”.

МОСТ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

– Ну почему у вас все не как у людей? – раздраженно спросила Ольга.

– Наверное потому, – Галатея всеми силами пыталась подавить язвительность, но получалось плохо – что мы не люди!

Девушки шли по пустынному острову, под ногами мерно похрустывала галька. Здесь не было ничего живого, даже трава не выдерживала психического давления. Ольга помимо воли вспоминала все подозрения в адрес подруги. Невинные фразы приобретали гротескный и угрожающий вид. Она отгоняла мысль, прикончить каменную статую, но как шизофреник опять и опять натыкалась на эту идею. Чтобы хоть как-то отвлечься она спросила:

– Расскажи что-нибудь?

– Что? – Галатея была условно живой, но столько веков предавалась чувственным наслаждениям, что на нее остров Ненависти Ога действовал еще сильнее.

– Без разницы, – мотнула головой Ольга – что угодно, лишь бы отвлечься! Расскажи, как возникла эта фабрика психоза.

– Атланты шли по северной стороне Калинова Моста, гипербореи по южной, – Галатея старалась сосредоточить расползающиеся мысли – Я не знаю почему они решили идти двумя армиями, а не единым кулаком. Возможно не очень доверяли друг другу – тут малахитовая красавица бросила полный подозрений взгляд на подругу, но продолжила – Атлантов смогла остановить Великая Мать в том месте, что потом стало островом Белоснежной Чистоты. Она призвала трех сестер Горгон и те обратили отряды атлантов в мрамор. До сих пор остров утыкан этими памятниками, а местные жители из них делают хижины и храмы.

На гипербореев магия не подействовала, они упорно прорубались вперед. Казалось ничто не могло остановить их вождя Ога. Шаг за шагом, ступая по телам товарищей они шли вперед. Их вела уже не идея, скорее лютая, первозданная как хаос, ненависть. Заклятья ирийцев осыпались бессмысленной шелухой, а бронзовые мечи людей вдоволь нахлебались колдовской крови.

Только тогда Гера поняла, что люди могут победить. Жалкие, ничтожные, созданные рабами, существа, войдут в Ирий и уничтожат собственных богов. То, что бессмертного нельзя убить, их вовсе не остановит. Великая Мать испугалась. Мы все испугались. Она призвала Харона, Ужас Безвременья, Детектора…

– А еще Страхослава и так далее, – злобно оборвала Ольга титулование Харона – ближе к делу!

– Харон, – Галатея едва сдержалась, чтобы не ткнуть каменным кулаком в незащищенный бок человека – проклял гипербореев. Они перестали различать своих и чужих. Их собственная ненависть обратилась против них, и они кинулись друг на друга. Мы смеялись и плакали от счастья, глядя как они втыкают мечи в собратьев, а не в нас. Ог был очень сильным воином и в конце остался один. Израненный, умирающий, и наконец осознавший, что произошло. Мы хотели принести его в Ирий и торжественно казнить, но подойдя поняли, что вождь людей доживает последние мгновения. Даже магия не способна была поддержать в нем жизнь достаточно долго.

Каким-то чудом он поднялся. Сначала встал на колени, потом выпрямился. Великая Мать и Харон хотели его прикончить, но ничто не могло коснуться его. Ни магия, ни клинок, ни стрела. Он проклял нас. Не словами, не колдовскими пассами или рунами. Криком полным несокрушимой ярости и ненависти, который слышали все на Калиновом Мосту, на Земле и в Ирии. Воем убитого, но не побежденного.

Люди поднялись. Не две жалкие армии гипербореев и атлантов, все миллионы, живущие на Земле, услышали этот зов. А услышав пошли на нас войной. Тогда Великая Мать приказала Харону разрушить Калинов Мост, чтобы люди не сумели воплотить свою месть.

Место битвы людей с людьми, стало островом Ненависти Ога. Даже сейчас, спустя тысячелетия, любая жизнь начинает ненавидеть саму себя. Потому, мне так и хочется прикончить тебя, Оленька.

– Понимаю, – через силу улыбнулась Ольга – но история занятная.

Какое-то время они шли молча, каждая боролась в душе с страстным желанием убить. И эту битву они постепенно проигрывали. Проклятый остров все тянулся, а с каждым шагом они приближались к безумию.

– Я рассчитывала на более бурную реакцию, после рассказа, – сказала наконец Галатея.

– У нас, – Ольга поправила разгрузку и незаметно вытащила нож – почти каждая война такая: ненависть, кровища и дерьмище. Так что ничего принципиально нового ты мне не сообщила.

– Ах, так! – воскликнула Галатея в ярости и обернулась к подруге.

Ольга стояла в боевой стойке, чуть пригнувшись и выставив перед собой нож. Мысли каменной красавицы тонули в багряном болоте ненависти. Но было еще что-то большее, чем мысли. За что она могла зацепиться, как утопающий за скалу. Огромное и надежное, чему любая магия нипочем.

Когда человек бросился вперед, Галатея имела кучу шансов ее прикончить. Для нее атака подруги была слишком медленная. К счастью она нащупала в душе то, что искала. Вместо того, чтобы атаковать в ответ или просто отскочить в сторону, она распахнула объятия навстречу. Ольга не рассчитывала на подобное и промахнулась. А потом запуталась, сбилась с темпа и наконец вынырнула на секунду из маниакального психоза.

Малахитовая статуя не душила ее, не пыталась обездвижить. Она просто обнимала. Делилась любовью и лаской. Как подруга, как любовница, как сестра. В конце концов у Галатеи никогда не было ни первой, ни второй, ни третьей. Ничто в мирах не способно разрушить проклятья Харона, кроме того, что больше даже хаоса. Любовь вымывала из душ нанесенный мусор подозрений, недомолвок, обид и злобы. Они стояли посреди каменистой равнины, сливаясь в объятии.

– Хоть картинку рисуй, – послышался насмешливый голос сбоку – впрочем, продолжайте, я люблю за баловницами понаблюдать.

В десяти шагах от подруг стояла Гера и презрительно усмехалась.

– Зависть берет? – поинтересовалась Ольга.

Галатея знала на что способна Великая Мать и помалкивала.

– С чего бы это? – Гера продолжала улыбаться, но что-то подсказало Ольге, что она задела богиню за живое – Я себе роту таких зеленых побирушек могу сваять.

– Вот только… – начала было язвить Ольга, но Гера ее прервала.

– Хватит трепаться, – строго сказала богиня – у нас дела! Договор у нас простой: я тебе сообщаю всё, что ты хочешь знать о природе человека, а ты становишься мостом в Ирий. Если ты, дура, не будешь сопротивляться, то процесс будет быстрым.

– Постой! – Ольга почувствовала нарастающий страх – Мне же надо данные на Землю передать! Какой смысл от того, что я узнаю, если не смогу поделиться знанием?

– Не вижу особого толка, даже если ты передашь, – пожала плечами Гера – но хрен с тобой, все запишешь, я закину твое послание туда, куда захочешь. Пошли, время не ждет!

– А если… – напрямую обвинить Великую Мать во лжи, Ольга не решалась, но сомнения никуда не делись.

– Я тебе что, шлюшка человечья? – рявкнула Гера и галька вокруг нее принялась расползаться в стороны, видимо даже у камней было чувство самосохранения – Потопали! Все расскажу, все запишешь, потом станешь мостом. А если будешь меня доводить, я тебе такое устрою…

Ольга и Галатея переглянулись и пошли за Великой Матерью. Богиня подавила в себе раздражение и притормозила, чтобы женщина поравнялась с ней. В конце концов, это просто сделка, хороший мост получается из добровольцев. Она расскажет самке все, решила Гера.

– Спрашивай, что ты хотела узнать, – милостиво сказала она Ольге.

– Наши мудрецы… – Ольга запнулась, думая, как объяснить, что такое психолог и психиатр – которые изучают поведение людей, есть такая наука на Земле…

– Психология, знаю, – оборвала ее Гера, а в ответ на удивленный взгляд женщины добавила – Мне прекрасно известен уровень вашей науки. Мало того, если бы не я, вы бы уже в двадцатом веке открыли способы перемещения между реальностями и устроили бы здесь проходной двор.

Ольга промолчала, но отметила, что надо сообщить на Землю об этом. Теперь стало понятно, зачем ирийцы влезали в некоторые отрасли науки.

– Так вот, наши психологи, обнаружили что есть какой-то фактор, который толкает людей на войну между собой. Ты знаешь, что это за фактор?

– Разумеется! – усмехнулась Великая Мать – Как по-твоему, что такое душа?

– Эмоции, разум и совесть, – ответила Оля.

– Это части души, но не она вся, – поучительно ответила богиня – проще показать.

Гера сделала сложный жест и перед ними в воздухе возник странный объект: сложная, сплетенная из множества разноцветных нитей, система. Нити были и тонкие, едва заметные и толстые как веревки. Одни были прекрасными, воздушными и рвались вверх. Другие, более блеклые, либо безвольно обвисали, либо несильно колыхались посередине. А были еще какие мерзкие и слизкие обрывки снизу. С них что-то капало, а их шевеление напоминало навозных червей. Но общее впечатление все равно было хорошим. Если не концентрироваться на нижних частях. А если не обращать на них внимания, то и вовсе прекрасным как цветок. Ольга внимательно разглядывала систему и обратила внимание, что нити иногда борются между собой. Иногда верх берут красивые из верхней части, иногда нижним удается утащить в блеклую зону что-то сверху и превратить прекрасное в серое.

– Что это? – спросила женщина.

– Это проекция твоей души, самка, – насмешливо ответила Гера – и, надо сказать, не самой паршивой души. У детенышей, конечно, получше, но для твоей жизни вполне неплохо. Коснись чего-нибудь.

– Насколько это безопасно? – Ольга опасливо отдернула руку.

– Не трясись! – расхохоталась богиня – Это только проекция! Твоя душонка в полнейшей изоляции. Мне нужно, чтобы она была целой и невредимой для создания моста.

Ольга выбрала довольно толстую нить в верхней части, она вся светилась белым, с едва заметным, кремовым отливом. Перед глазами пронеслась картинка, как она стоит возле открытого окна с Никитой на руках и кормит его грудью. Летний предрассветный сумрак льется в комнату, наполняя ее запахом яблочного сада. Живая тишина, состоящая из шороха листьев, тихо причмокивающего ребенка и огромного мира, в котором еще нет войны, наполнила глаза Ольги слезами счастья.

– Эй, ты решила остаток времени в грезах провести? – грубо вырвала ее из видения Гера – Смотри внимательно!

Ольга присмотрелась. Когда она касалась нити сверху, снизу начинала подрагивать другая, более тонкая и выглядящая как удавка одинокого отчаявшегося старика.

– Ты коснулась материнской любви, а теперь коснись той, что противоположна.

С чувством омерзения женщина заставила себя прикоснуться к тонкой серой бечёвке. В следующую секунду она видела, как кричит на обмочившего штанишки сына. У нее был тяжелый день, на нее наорали на работе, нахамили в магазине и наступили на ногу в автобусе. Раздражение копилось целый день и вылилось на самого беззащитного и родного. В ярости она говорит, что ненавидит его, что он плохой сын. Стыд хлещет по щекам, от такого воспоминания.

– Это твоя ненависть к детям, – объяснила Гера – дохленькая конечно, но она есть. Ты хочешь от нее избавится?

– Конечно хочу! – выкрикнула Ольга и дернула за мерзкий отросток.

Тот поддался легко, ведь в душе Ольги ему трудно было укорениться.

– Теперь смотри внимательно, – приказала Гера.

Молочно-белый отросток, до этого гордо рвавшийся вверх, вдруг одряб, посерел и опустился в серую, срединную зону. Ольга попробовала с несколькими чувствами, но неизбежно выдирание одного, приводило к спаду второго. Но стоило ей попробовать выдернуть росток сверху, как несколько из серой зоны налились грязью и ухнули вниз.

– Видишь ли, тут нет прямой взаимосвязи. Если выдрать у человека что-то хорошее, то он деградирует. Потому что деградировать проще. Но убрав плохое, ты обесцвечиваешь хорошее. Нельзя стать добрым, не сделав выбор, а просто удалив злость. Слепую веру надо преодолевать тягой к знанию иначе одна вера заменит другую, только называться это будет иначе.

– Вы так же устроены? – спросила Ольга.

– Нет, что ты! – рассмеялась богиня – Мы цельные существа, а не мешанина противоположностей, как люди.

– Но зачем было нас создавать такими? – с почти детской обидой спросила женщина.

– Это забавно, – пожала плечами богиня – вы корчитесь, стараетесь, но все равно топчетесь на месте.

– Сука!

– Что? – опешила богиня.

– Что слышала! – Ольга понимала, что лучше промолчать, но ничего не могла с собой поделать.

– Ты хотела ответа? – Гера решила не заострять конфликт, она не хотела, чтобы Призер сорвался на пороге выхода на Тракт – Вот тебе ответ.

Она показала на короткий колючий отросток, в самой середине нижней части. В отличии от других он был грязно-зеленым. Ольга взялась за него, не обращая внимания на впившиеся в ладонь шипы, потянула. Его выдрать оказалось непросто. Но как только он упал на камни, все остальные, включая нижние стали серыми. Как будто душу перевели на черно-белую пленку.

– Это противоположность таланту и гению, – ехидно ухмыляясь объяснила Гера – «не тронь» обывателя. Вера дурака, что с ним все будет нормально, главное отсидеться и не рыпаться. Вот что позволяет начинать войны. Когда любому негодяю все сойдет с рук, с молчаливого согласия толпы. И часто это срабатывает, потому что на войне в первую очередь гибнут те, кому не все равно. Это из вас выдрать нельзя, никак и никогда! Ты узнала ответ на свой вопрос?

– Да, Великая Мать! – Ольга улыбалась.

– Думала тебя это расстроит, – Гера подозрительно смотрела на человека.

– Просто ты мне рассказала, сама того не понимая, больше чем рассчитывала. Ты показала, и очень при этом старалась, что мы не можем выдернуть из себя грехи, что они естественная часть нас самих. Вот только ты же показала, что мы можем их задушить, постепенно и разумно воспитывая в себе лучшее. Так что спасибо тебе Великая Мать. – Оля карикатурно поклонилась.

– Не зарывайся самка! – Гера почему-то почувствовала себя проигравшей, хотя какое ей дело до людишек. – Пиши свое послание и приступим к мостостроительству!

Галатея, предпочитавшая до этого молчать, подошла к Ольге и, обняв, прошептала ей что-то на ухо. Женщина посмотрела на далекий пока берег и, усмехнувшись, сказала богине:

– Ладно, – она достала планшет и принялась фотографировать изображение души, делая пометки – а ты пока разбирайся с гостями.

Впереди путь перегородили пять фигур. Ветер поменялся и донес их запах. Так пахло только от помоек и гулей.

– А эти шуты что тут забыли? – удивилась Великая Мать.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Крошечные в широком мужском кулаке, кусачки мерно щелкали. От безделья Дегтяренко занимался растранжириванием народной собственности, то есть брелоком-кусачками крошил золотые монетки в мелкие осколки. Харон посмотрел на него и хмыкнул.

– Вроде люди готовы убивать ради злата, – поинтересовался он.

– А я не жадный, – пожал плечами Паша и кинул монетку старику, тот отодвинулся и драгоценный кругляшек упал на камень, тонко звякнув.

Опять воцарилась тишина, только мерное «щелк-щелк» кусачек и гул ветра. Харон прислушивался к мирозданию, чтобы не упустить момент, когда надо будет действовать быстро и резко. Дегтяренко искоса посматривал на него и продолжал методично крошить монетки. Горка в шапке росла, но ему надо было успеть как можно быстрее. Не зря его хитроумная жена обратила внимание, что на алтари Харона никто не приносит золото. Слишком уж резко старик увернулся от безобидной монетки.

Дегтяренко сложил кусачки и вытащил из раскладного ножа шило. На его счастье, Харон презрительно относился к людям и не обращал внимания на копошащегося человечка. С невозмутимым видом, Паша выковырял из двух патронов пыжи, высыпал свинец и принялся утрамбовывать золотую дробь. Шанс у него будет только один.

Харон убедился, что подруги добрались до Геры, не поубивав друг друга и довольно осклабился. Все шло как по нотам. Надо было быстренько убить человека и выдвигаться на позицию.

– Ну, что Паша, – обратился он к Дегтяренко – будут последние пожелания, может сказать, чего хочешь?

– Это ты меня грохнуть что ли собрался? – Паша сделал вид что поражен этим известием – А как же гарантии и прочее, слово джентльмена или демона, как там тебя правильно?

– Не переживай, – успокоил его старик – ты мне понравился. Наглый, самоуверенный, храбрый. Так что я тебя быстро убью. Ольге не так повезло, ее кровь должна попасть на алмаз, об этом позаботятся гули, а они могут убить, не спеша и болезненно.

– Ты же втирал про обряд, как там кружочки вокруг этого гребанного камня чертить! – лицо Дегтяренко перекосилось от страха и злости, руки тем временем как бы случайно прихватили из рюкзака обрез охотничьего ружья.

– Не будь ребенком! – расхохотался Харон – Какой еще обряд? Кровь Призера лучший обряд на свете для алмаза Пучины. По сути это тот же мост получится, только прямиком в Хаос. Ладно, пора. Скажешь что-нибудь напоследок?

Дегтяренко молча защелкнул обрез и всадил два заряда золотой дроби прямо в грудь Харона. Детектор никогда еще не видел своей крови, черной как смола, а сейчас она полилась ручьем на мерзлый камень. Ирийцы не очень любили железо, некоторые серебро, но порождения Хаоса были восприимчивы к золоту. К счастью они были редкими гостями иначе война с ними в прямом смысле этого слова, дорогое удовольствие.

Тонкий, совсем не идущий такому грозному созданию, визг, разнесся по округе. Дегтяренко не стал проверять, убил ли он Харона или лишь ранил. Он помчался на мост, чтобы успеть спасти жену.

Мосты по-разному реагировали на непрошенных гостей. Людей по большей части пропускали, ирийцев могли просто заблокировать, как это дела Мшистый мост. Детектора мосты боялись, поэтому он кинулся следом за человечком, как только немного пришел в себя. Харон не учел, что Нугра и Настя стали мостом только что. В них было еще полным-полно силы, а сколопендра видела, как могут двигаться мосты на острове Дымных Шептунов.

Подножие моста, вроде надежно вмурованное в скалу, вдруг вздыбилось и изо всех сил шарахнуло Харона. Сила удара смела Страхослава с вершины Морозного мыса. Дегтяренко этого не видел, он мчался, что было сил вперед. Не увидел он и как за ним поднимается мост, конец которого стал похож на жуткую маску, где верхняя часть была похожа на человеческое лицо, а снизу двигались гигантские жвала насекомого. Много позже, этот мост назовут Ходячим, за его любовь путешествовать по островам.

Сейчас жвала бережно подхватили человека и понесли его вперед с сумасшедшей скоростью. Дегтяренко вопил матом, но лишь призывал гнать быстрее. Он не понимал, кто или что помогает ему, для него главное было успеть к любимой. Далеко позади гигантский сокол тяжело взмахнул крыльями и понесся следом.

Остров Ненависти Ога снова ожил и опять на нем разыгралась битва. Правда, куда более скромных размеров. Из-за проклятия Харона и Ога, на нем почти не действовала магия, так что у гулей появился шанс. В любом другом месте Великая Мать размазала их не вспотев. Попел не стал мудрствовать и план был не изящнее топорища, хотя и действенный. Пока несколько гулей отвлекали богиню и статую, остальные должны были прикончить Призера.

Ольга ловко отбивалась трофейным клинком самого короля Попела, но уже дважды ее зацепили. Никаких разговоров не было, только тяжелое дыхание, мат и звон клинков. Великая Мать выхватила из-за пояса пару кинжалов и успешно отбивалась от двоих гулей. Галатея справлялась безо всякого оружия, удачные выпады гуля лишь высекали искры и оставляли царапины на малахите.

Проблема была в том, что гули никак не желали умирать. Харон накачал их энергией до предела и даже сломанные позвонки в считанные секунды срастались.

В самый центр этой веселой кутерьмы, с небес, как и положено десантнику, свалился Дегтяренко. Перезарядить обрез, когда тебя тащат за шкирку со скоростью почти сто километров в час над землей, задача почти нереальная, но генерал справился. Король Попел успел удивился пришельцу с небес, а в следующую секунду серебряная дробь снесла ему полголовы. Он широко раскинул мозгами по окрестностям и выбыл из строя.

Подкрепление решило исход боя. Одного за одним, гулей изрубили в мелкий, разбросанный в стороны фарш. Все тяжело отдувались. Великая Мать вытерла пот с высокого лба.

– Давно я не уставала, – выдохнула она – этак недолго похудеть и всю красоту растерять.

Богиня оглянулась, но ее шутки никто не оценил. Впрочем, ее это не заботило. Она развела руки, потом хлопнула в ладоши и участок галечного пляжа превратился в монолитную скальную подложку для моста.

– Благодарю, добрый молодец, – сказала она Дегтяренко – а теперь в сторонку отойди, у нас тут свои дела, девичьи.

– Ты обещала послание передать! – взмолилась Ольга, протягивая планшет Гере.

– Ну муж передаст, – раздраженно ответила Гера, потом подумала и кивнула – ладно, раз обещала…

Создание перехода на Калинов Мост, обошлось человечеству в одну двадцатую всей вырабатываемой энергии, столько жрал энергии коллайдер. Макошь справилась легким взмахом руки. Причем это был вполне прямой переход, в туманном облаке проявилась круглая, метра три в диаметре, дыра между измерениями. За порталом была обширная луговина, а вдалеке виднелись многоэтажки города.

Дегтяренко лихорадочно соображал, как еще потянуть время. Великая Мать точно ждать не станет, слишком много усилий она затратила на последний мост домой. Жена упоминала Варшаву, где им удалось незаметно ускользнуть и две группировки войск противника схлестнулись не разобравшись друг с другом. Почти с облегчением он услышал клекот гигантского сапсана, Харон спешил на остров Ненависти Ога.

– Ты ранена? – шепотом спросил он жену.

– Ерунда, – отмахнулась она – мелочь, царапины.

– Это прекрасно! – ухмыльнулся Дегтяренко, на недоуменный взгляд жены он добавил – Давай сюда алмаз Пучины.

Харон принял облик старика и, тяжело опираясь на посох, пошел к ним. В этот раз Гера не дала себя застать врасплох и похожее на черную молнию заклятье, растаяло в воздухе не достигнув Ольги.

– И как это понимать? – хмуро поинтересовалась Гера.

– Эта девка сейчас умрет, а мы с тобой потом разберемся, уже в Хаосе – пробурчал старик.

– Девка, – рявкнула Гера – станет мостом в Ирий, а потом ты перетопишь людей и или сожжешь их Землю, мне безразлично!

Две стихии схлестнулись на острове Ненависти Ога. Выглядело это не очень впечатляюще, они просто стояли друг на против друга, медленно приближаясь и пытаясь продавить волю противника. От усилий Харона сотни ирийцев ослабленных болезнями или раненых умерло на островах Калинова Моста. Плескаемая Великой Матерью сила вызвала преждевременные роды у женщин. В эпицентре просто две фигуры давили друг на друга, только воздух гудел от силы.

Неизвестно, кто победил бы в этом противостоянии. Впрочем, люди и не собирались это выяснять. Когда богиня и Харон сблизились на расстояние вытянутой руки, Дегтяренко мазнул алмаз Пучины в кровь Ольги и метнул что было силы в противостоящих.

Алмаз, что должен был открыть путь в первозданный Хаос, получил кровь Призера. Теперь он высасывал силы из Харона и Геры. Оба рванулись, но колдовство уже творилось, сбежать они не могли.

Весь мир Калинова Моста вздрогнул, потом еще раз и вскоре все острова плясали как сумасшедшие, а Смородина пошла волнами. Друзья не удержались и кубарем покатились по тарахтящей гальке. Харон удивленно смотрел на черный распухающий от энергии алмаз, потом улыбнулся. В конце концов он получил то, что хотел и сейчас вернется в Хаос, да еще не один, а вместе с той, что его оттуда выдернула. Гера рвалась до последнего, она точно ничего хорошего от предстоящего путешествия не ожидала.

За долю секунды алмаз Пучины втянул Харона и Геру. Богиня пыталась что-то выкрикнуть напоследок, наверное, проклятие, но старик зажал ей рот ладонью и тоже исчез, ободряюще улыбнувшись в конце. Дегтяренко опасался, что алмаз Пучины не удовлетворится Хароном и Герой. Не хотелось бы устроить конец света в отдельно взятом измерении. К счастью полученной мощи ему хватило с избытком. Камень исчез следом и землетрясение закончилось.

Осознание и радость победы еще не пришли. Дегтяренко чувствовал лишь усталость и какую-то пустоту внутри. Он помог жене подняться.

– Самой не верится, – хрипло сказала Оля – но мы победили и выжили. Последнее вдвойне странно.

– Оля! – послышался голос Галатеи.

Супруги обернулись и увидели, что статуя увязла в подготовленном Герой основании моста. Видимо, когда трясло, ее отшвырнуло туда. Оля и Паша кинулись к ней на помощь.

– Нет! – крикнула статуя – Не прикасайтесь!

– Как тебя вытащить? – Ольга рвала с себя разгрузку, чтобы использовать ее как веревку.

– Никак, увы, – обреченно ответила Галатея – Заклятье уже активировано, так что я или стану мостом, или погибну. Вопрос лишь в том, достаточно ли я человек?

– Ну не может же быть так! – взмолилась Ольга, глядя на Пашу, тот лишь отвел взгляд – Мы победили, разве кто-то должен еще умирать?

Павел Дегтяренко знал, что победа не помеха смерти. Товарищи гибли от ран, даже после капитуляции Альянса. Процесс уже начался, основание моста становилось малахитовым.

– А я так давно не была на Земле, – улыбнулась Галатея и закричала от боли.

Мост Галатеи был самым длинным и самым коротким среди всех. Три ступеньки со стороны Калинова Моста и три ступеньки со стороны Земли. Шесть ступеней, связавших прочно две вселенные. Ольга рыдала, гладя холодный, зеленый камень. Даже привычному Дегтяренко попала какая-то соринка в глаз.

Когда вечерние сумерки почти стали ночью, он подошел и обнял жену. Их ждали дома, а сюда они еще придут. Не как завоеватели, не как рабы, а как друзья. Кто знает, получится ли настоящая дружба между людьми и ирийцами, но пробовать стоило. Он задал вопрос, который его очень интересовал:

– Гера рассказала тебе о первопричине войн?

– Рассказала, – вздохнула женщина.

– И как?

– Рубильника, Паша, нет! – покачала головой Ольга – Придется по старинке. Воспитанием и здравым смыслом. Долго и медленно.

– Но шансы есть? – нахмурился Дегтяренко.

– А как же! Только чудо придется строить самим, без магии.

Они обнялись и пошли домой.

Конец. Декабрь 2016 – Апрель 2017

Ну вот, мои дорогие читатели, закончена еще одна история. Насколько хорошо получилось, судить вам. Спасибо всем кто читал, комментировал и поддерживал меня во время работы.

Vote This Post DownVote This Post Up (No Ratings Yet)
Loading ... Loading ...
Если вам понравилось, поделитесь рассказом с друзьями в социальных сетях

3 комментариев

  1. Лика-безлика
    4:59 on August 6th, 2017

    Роман, поздравляю вас окончательной главой.Я читала ваш роман на одном дыхании.Мне очень понравился роман “Мост”.Желаю вам чтобы вы еще писали такие прекрасные романы и истории!! :-D

  2. Роман Ударцев
    7:34 on August 6th, 2017

    Спасибо, Лика. Рад, что Вам понравилась моя работа.
    Если администрация захочет, то уже пишется следующая работа. Роман “Тай”. Думаю, он больше подойдет тематике этого сайта. С ужасами в нем полный порядок)

  3. Лика-безлика
    7:40 on August 7th, 2017

    Роман, желаю вам удачи :) :-D

Оставить комментарий:

:-D :mrgreen: :twisted: :arrow: :!: :-o :idea: :lol: 8) :cry: :roll: :-? :oops: more »