matvey

Матвей – это мистический рассказ автора Романа Ударцева о леснике, который ушел в лес зимой и не вернулся. Если вам понравился рассказ, пишите автору на адрес r-o-m-a-n-30@mail.ru.

МАТВЕЙ

Матвей вышел из душного, пропитанного перегаром и табачным дымом, вагончика, продышаться. Мороз резанул по лицу и обжег легкие. Хмель, будто испугавшись, убежал. Голова стала ясной, как черное зимнее небо.

За спиной послышался пьяный мат. Двое других лесников обиделись, что он не закрыл дверь. Матвей хотел было гаркнуть в ответ, но не хотел нарушать тишину. Наконец дверь захлопнулась и звуки пьянки не разбавляли еле слышный звон морозного леса.

Из-за пушистых от снега елок, показалась полная луна. Мрачный лес преобразился, став загадочным и прекрасным, как будто кто-то обронил на него сверху белоснежный мех и миллиарды алмазов. Матвей уже и забыл когда он думал такими категориями. Чаще в голове крутились «бабки», «нах» и «вина пожрать».

На какое-то время он замер, как будто колеблясь между двумя мирами, хотя чего ожидать нового? Ну постоит, потом испортит невероятно чистый снег и вернется. Завтра снова за рычаги лесокомбайна, масло, пот и мат, а вечером вонючая дешевая водка. Но хотелось еще чего-то. Малого и великого одновременно. По щеке Матвея покатилась слеза, тут же замерзнув в бороде.

Сколько раз он стоял вот так, один, всматриваясь в ночную лесную тьму. За это его считали чудаковатым, но ему было плевать. Вот что будет если сделать этот самый шаг. Один единственный шаг, в то самое мгновение, когда это возможно.

Надо возвращаться, скрипел в голове голос разума, еще простудишься, а платят за работу, не за валяние в больничной койке…
– Заткнись. — едва шевельнул губами Матвей и сделал шаг вперед.

Ну и что изменилось, надсмехался старческий голос в душе. Вот только изменилось. Едва уловимо, ельник стал гуще, снег пушистей, куда-то исчезла колея от трактора. Матвей улыбнулся, в голове наконец-то заткнулся тот, кто толкал его по рельсам жизни. Дом-работа, жизнь-могила… Он сделал еще шаг, затем другой. Лес преображался, исчез вагончик лесорубов. За пригорком должна начинаться просека, но там был ельник, вовсе не тронутый человеком.

Матвей побежал вперед. Превозмогая вековечный страх человека перед лесом, он бежал. Проваливаясь в рыхлый снег, потеряв шапку и рванув ворот, внезапно ставшей тесной телогрейки. То, что он искал каждую ночь, в не запоминаемых сновидениях, было впереди и он рвался к мечте.

Деревья расступились внезапно, открыв вид на заснеженный луг. Почти идеально ровную поверхность снега лишь кое-где нарушали черные вкрапления кустарника. Луна светила так ярко, что даже глаза начинали болеть. Матвей застыл, боясь не то что пошевелиться, даже дышать.

Посреди луга танцевала девушка. Тонкая, изящная фигурка порхала над глубокими сугробами, едва приминая снег. Из одежды на ней было лишь легкое, свободное платье, белоснежное, как и все вокруг. Лишь темные волосы, развевались над танцующей красавицей. Сначала Матвею показалось что девушка танцует в тишине, и лишь угомонив запаленное бегом дыхание и сердцебиение он услышал. Музыкой для ее танца был лес, и луг, и небо с звенящими холодными звездами и даже мороз трещал в такт ее танцу.

Мир был заполнен такой тихой и такой оглушающей музыкой. Только слушать ее надо было не ушами, нет лишь распахнутая душа могла понять и осознать эти звуки. Сколько красавица порхала над снежной луговиной не знал никто, ведь волшебная ночь может длиться и секунду и миллионы лет. Она не мерзла и горячее дыхание не шло облачками от нее, лишь иней как корона обрамлял голову танцовщицы.

Матвей стеснялся себя. Грубый угрюмый лесник, уродство на фоне красоты, оттого он не выходил из тени леса. Пусть красавица танцует, решил лесник, а я уж не потревожу ее. Только бы она не переставала двигаться, как переливаемая чистая родниковая вода.

Танец закончился внезапно, девушка замерла, вытянувшись в струнку, раскинув в стороны руки. Липкий страх, что это конец чуда, пополз в душе Матвея. Но красавица и не думала исчезать. Она обернулась и посмотрела на него. Глубокие, темные глаза, смотрели на лесника.
Ни страха, ни ненависти, ни равнодушия в ее взгляде не было. Она смотрела как друг после долгого расставания, она звала. Слова были совершенно лишними на занесенном снегом лугу. Пойдем, лишь глазами говорила она и протянула руку.

И Матвей забыл. Забыл, что он грубый неотесанный мужик, работяга, которому вовсе не место рядом с волшебной красавицей. Он сделал шаг, взял ее за прохладную узкую ладонь и они пошли по лугу. С каждым шагом под Матвеем все меньше проминался снег и вскоре он лишь оставлял на снегу легкое напоминание о следах, тут же игриво подхваченное легким морозным ветерком.

Луг простирался все дальше и дальше. И будет таким большим, как им надо. Матвей не видел, как над его головой растут ледяные иглы инея, создавая еще один венец. Он нашел свою мечту и с легким сердцем оставлял себя прежнего, шагая рука об руку с волшебной красавицей по зимнему лесу…

Утром, его хватились, нашли за пригорком, на просеке телогрейку и валенки, но ни лесоруба, ни следов не нашли. Все решили, что он по пьяной лавочке заблудился в лесу и замерз. На пару недель лесорубы стали пить меньше, а потом все вернулось на круги своя. Замерз? Бывает. А у Матвея не было ни малейшего желания возвращаться и разубеждать людей.

Смотрите информацию конвектор ресанта ок 2000с на сайте.