vedun18

Ведун (глава восемнадцатая) – это восемнадцатая глава романа нашего автора Романа Ударцева “Ведун”. Эта глава открывает вторую часть романа.

ВЕДУН. ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Густой сумрак укрыл комнату, пробивающиеся сквозь шторы свет фонарей, причудливо играл на дешевой мебели, но не достигал кровати, где среди скомканных простыней лежали двое. Резко пахло потом и страстью, дыхание, еще минуту назад сильное, переходящее в стон или крик, выравнивалось. Она лежала у него на груди и слушала мерный стук сердца. Он не торопясь, всласть курил. Уголек сигареты не мог разогнать тьму, лишь очерчивал силуэты обнаженных тел. Изящная женщина и здоровенный мужчина. Она могла поспорить фигурой с самыми навороченными моделями шоу-бизнеса, причем спор, она бы выиграла. Мужчина был красив, но ни на секунду не был похож на гламурного мальчика. Даже длинные волосы лишь придавали ему диковатый вид варвара.

Мужчина нахмурился, какие-то мысли не давали ему покоя. Женщина уловила изменение его настроения и прижалась к нему. Ей хотелось остановить мгновение, когда мир идет своей дорогой, а ее мужчина принадлежит только ей. Таким мечтам никогда не стать явью, от понимания этой очевидной истины, рот наполнился горечью.

Мужчина удивленно посмотрел на нее, глаза женщины заблестели в полумраке, так и не родившимися слезами. Она уже взяла себя в руки, ее мужчина принадлежал не только ей, и с этим приходилось мириться. Мужчина нащупал пепельницу возле кровати и затушил сигарету.

– Они придут сегодня. — его голос был сильным, выдавая уверенного и твердого человека.

– К чему готовиться? — бархатистый голос девушки не портил даже акцент, наоборот он прибавлял ей шарма — Маски-шоу?

– Нет, – покачал головой он — они придут договариваться. Скорее всего, пришлют какого-нибудь пацана, с романтическим бредом в голове…. Наехать они уже пытались.

Женщина захихикала, вспомнив, чем закончился наезд. Мужчина самодовольно улыбнулся и раскурил еще сигарету.

– Ты его пошлешь? — женщина перевернулась на спину и пристроила голову на его бедре.

– Не знаю, Мари, не знаю… – он покачал головой — надо попробовать договориться. С ними ссориться не стоит.

– Да что они тебе могут сделать? — Мари приподнялась на локте, удивленно разглядывая мужчину.

– Мне? Мне ничего. — грустно усмехнулся он — А тебе? А ребятам? — он помолчал и жестко добавил — Надо договариваться!

– Ты им веришь? — спросила женщина.

Он рассмеялся, звонко и от души.

– Мари, я им верю еще меньше, чем твоему приговору. — женщина сделала вид что обиделась, но его не провела, впрочем как всегда.

– Сделаю кофе, – он потянулся и легко вскочил с кровати — сегодня будет трудный день.

Пройдя на кухню, он включил кофеварку и, фальшиво напевая, принялся готовить бутерброды. Мари пошла в ванную, оттуда донесся шум воды. Дай ей волю, подумал он, она вообще из душа вылезать не будет, а сколько трудов стоило ее приучить к этому.

Когда Мари, вышла на кухню, кутаясь в махровый халат и вытирая мокрые темные волосы полотенцем, он уже накрыл завтрак. Женщина уселась за стол и открыла ноутбук, он был достаточно безалаберным парнем, и мог запросто забыть о чем-нибудь, с его точки зрения неважном, она исполняла при нем обязанности секретаря. Несмотря на то, что русским она владела в совершенстве, записи Мари, по привычке вела на старофранцузском. Отпила кофе, который он приготовил, как она любит, то есть в чашке было больше молока, чем кофе и три ложки сахара, последствия голодного детства.

– Вадим, – Мари открыла органайзер и просматривала планы на сегодняшний день — от Вовчика и Мирославы давно известий нет, надо прояснить ситуацию… – был ли это вопрос, осталось неясным, но он кивнул.

– Да, пока не забыл, – Вадим поморщился, он не любил заниматься хозяйственной деятельностью, но приходилось — надо закупить обуви и зимней одежды, что у нас с деньгами?

Мари пробежалась по клавишам, на экране появились колонки цифр, в которых может разобраться только бухгалтер.

– Ты, похоже, прав — задумчиво сказала она — они хотят договориться, наши счета разблокировали, так что недостатка в средствах нет.

– Хорошо.

– И еще, заброшенный детский лагерь, который мы хотели купить под базу, – Вадим поморщился, ушлый приватизатор, что отхапал этот кусок социалистической собственности, загнул такую цену, что было проще его убить. Но светиться, таким образом, ему не хотелось. А место практически идеальное для базы, на отшибе, никаких проблем с энергией и пять гектаров нетронутого леса — Так вот, – отвлекла его от мыслей Мари — база наша! Кто-то придавил Самвела и он продал ее вдвое дешевле чем мы хотели заплатить.

– Думаю это наши друзья из Конторы, поняли как лопухнулись с Бердичевским и решили перейти к пряникам. Вот только… – Вадима почему-то не обрадовали хорошие новости.

– Я думала, это тебя порадует. — удивилась Мари.

– У этих ребят, есть практичная привычка, держать козырь в рукаве. — пояснил Вадим — До меня им не добраться, до тебя тоже, значит они попробуют достать кого-то из ребят. – лицо ведуна накрыла тень недавних горьких воспоминаний.

– Кого? Ты уже видел?

– Не знаю, надо предупредить всех, неси кристалл.

Женщина не стала спорить и принесла из комнаты установленный на гематитовой подставке шестигранный кристалл. Вадим сам не знал, насколько он ему помогает, но он в это верил, а этого достаточно, чтобы им пользоваться. Тем более что связь сразу со всеми отнимала реально много сил. Концентрация, как всегда пришла не сразу, но вот свет, казалось, притушили и он упал в бездну транса. Никаких переходов, резко и грубо. Секунду назад он в мире живых и вот он собирает расползающееся сознание среди Хроник Акаши. Бесконечный туман, состоящий из обрывков мыслей и чувств всех живых существ, затягивал и умолял остаться. Трудно выдержать первый удар, потом становится легче. Призрачный мир признает твое право находиться здесь, отходит в сторонку, и ждет пока ты совершишь хоть одну ошибку. С точки зрения обитателей Информационного Поля земли, физическое существование есть глупость несусветная и они постоянно пытаются вылечить от этой глупости. Как всегда с самыми благими намерениями.

Сеанс удался, Вадим связался со всеми кроме, разумеется, Мари. Еще не отвечал Антон, но от его психоматрицы так несло алкоголем, что Вадим понял все без слов. Двадцать восемь часов Антон добирался до глухой деревушки и опоздал всего на сорок минут, девочка, к которой его позвали, умерла. Парень напился от горя и бессилия. Знакомая ситуация. Надо будет с ним поговорить, но потом, когда он чуть успокоится. Нина, его напарница, застряла в Брянском онкологическом центре, вытягивала, кого могла. Жгла силы, пока туда не заявились бойцы из инквизиции.

Вадим смотрел в души тех, кто ему поверил и видел усталость, запредельную, сводящую с ума усталость. И еще решимость идти до конца. Дети ведь, с тоской подумал Вадим, что я делаю? Они не выдержат, сорвутся и это будет моя вина. Но другого способа он не знал, а сидеть на заду и ничего не делать он не мог. Все же оставалась надежда, что их безумная затея увенчается успехом.

Вадим забыл, что в призрачном мире астрала, даже он не мог полностью закрыться от последователей, они не слышали мысли, но уловили его настроение. Не обиделись, не оскорбились, наоборот, открыли души ему полностью, доверяя и поддерживая. Такого тепла он не ощущал даже от Леды и Мокоши. Их вера дала ему надежду, нет, они еще не проиграли и шансы велики.

Для них долгое пребывание в мире духов было некомфортным и опасным, поэтому убедившись, что с Вадимом все в порядке, они выслушали его соображения и ушли в мир живых. Вадим удивлялся ребятам, самому старшему, Евгению, едва исполнилось девятнадцать, Ирочке, только через два месяца будет тринадцать. И все же часто он у них учился. Учился душевной чистоте, свободе и красоте, оказалось, что детям доступно то, чего уже лишен взрослый, изрядно побитый жизнью, циничный мужик.

– Философствуешь? — Лель как всегда выныривал из вечного тумана внезапно, до судорог смеясь, если удавалось напугать Вадима.

– Здравствуй, бог. — Вадим ждал, что он появится и даже не вздрогнул — Грущу я. — врать богу смысла не было, и Вадим не притворялся — Жалко мне детишек этих, неужели надо их обрекать на такую жизнь?

– Не говори ерунды! — нахмурился Лель — Посмотри на них, они счастливы, неужели ты думаешь, они променяют свою силу, на институт и однообразную тупую работу?

– Да, но они не знают что грядет! — Вадим посмотрел на бога почти с ненавистью, но Лель знал, что злится ведун на самого себя.

– Но ведь ты им говорил об этом?

– Говорил, – горько усмехнулся Вадим — только они не знают, что такое война и даже я не представляю, что из себя представляет такая война!

– Ты решил сойти с дистанции? — удивился Лель.

– Нет! — твердо ответил Вадим — Слишком много зависит от нас.

– Вот и не гони волну! — внезапно обозлился бог — Мы рискуем не меньше, только в отличии от вас, прекрасно осознаем последствия и все равно идем на этот риск.

– Давай лучше о деле поговорим. — Лель с трудом взял себя в руки.

Мокрый и взъерошенный, Вадим оторвался от кристалла. Мари сразу дала ему чашку с теплым чаем. После сеанса он испытывал жажду и озноб.

– Надолго я отключился?

– Сейчас половина десятого. — ответила Мари.

– Твою дивизию, – выругался ведун — сейчас придет гость, а я не в форме!

– Так может и лучше, – улыбнулась Мари — ты его не напугаешь. А может он придет чуть позже.

Звонок в дверь развеял ее надежды. Вадим вяло махнул рукой и Мари пошла открывать. Путешествие за грань выматывало не хуже чем разгрузка товарного вагона. На кухню зашел красный как рак молодой, лет двадцати пяти, парень «в штатском». Только сотрудники спецслужб, носили джинсы и футболки как форму. Вадима это иногда забавляло, но чаще раздражало. Впрочем, он понимал, этого разговора не миновать, уж слишком лакомым куском представлялся МГБ, Вадим и его друзья.

Следом зашла Мари и стала ясна причина покраснения гостя. Она распахнула халат, продемонстрировав свою очаровательную фигуру. Кружевное белье не скрывало ничего или почти ничего и если парень не голубой, то у него от такого зрелища подскочило артериальное давление и не только оно. Гость протянул руку, Вадим вяло ее пожал и широким жестом указал на обтянутую тканью табуретку. Мари, захлопотала с чаем, намеренно не запахивая халат. Но парень уже справился с эмоциями и старался не заглядываться на нее.

– Лейтенант Овчинников, – представился парень, как ему казалось, незаметно осматриваясь. Вадим внутренне улыбнулся, разочарованно вытянувшейся физиономии чекиста. Возможно он ожидал увидеть дворец олигарха, или уставленную вонючими банками и чучелами пещеру, но только не стандартную двушку, еще и нуждающуюся в ремонте — думаю, вы понимаете зачем я пришел?

– Даже не догадываюсь — с наглой ленцой протянул Вадим — кстати, как себя чувствует капитан Бердичевский?

Овчинников шумно сглотнул, лейтенант понял, что выбрал неправильный тон, привычка, что все побаиваются МГБ, подвела его.

– Ему уже лучше.

– Привет ему передавайте. — усмехнулся колдун.

Парень выглядел испуганным, Мари сделала вид, что ищет что-то в холодильнике и скорчила ему гримасу. Вадим и сам понял, что малость перестарался. В его планы входило договориться, а не запугать лейтенанта.

– Тебя как зовут?

– Егор — ответил лейтенант.

– Вадим, – представился колдун — чай будешь? Или чего покрепче?

– Чаю было бы неплохо. — согласился Егор, он лихорадочно обдумывал линию поведения.

– Ладно, Егор, – сказал Вадим, наливая себе горячего чая — ты сейчас думаешь что сказать, а о чем промолчать. Предупрежу сразу, вранья я не люблю, за что Бердичевский и поплатился, ну и стволом махать не стоило. Все равно реальных секретов тебе начальство не доверило. Говори прямо, что они хотят?

– Они хотят технологию — Овчинников съежился, Бердичевский до сих пор воет от ужаса в психушке, и если хотя бы половина того что он слышал об этом колдуне, правда, это далеко не предел возможностей Вадима — то что вы делаете, они хотят узнать как у вас это получается.

Вадим и Мари переглянулись и захохотали, Егор перевел дух, его восприняли как клоуна, это может и обидно, но зато гораздо безопаснее для здоровья.

– Чертежик что ли выдать? — сквозь смех сказал Вадим — И сопроводительную документацию? — лейтенант развел руками, мол, я-то что сделаю — Нет, Егор, это сила, причем такая, которую не измеришь и в банку не впихнешь. Она либо есть, либо ее нет.

– А обучить кого-нибудь…. — Егор справился со страхом, в их конторе трусов не держали.

Вадим промолчал, поднялся, достал из холодильника бутылку водки и взял с сушки два стакана. Налил лейтенанту и себе, выпил и только после этого ответил.

– Егор, все в мире взаимосвязано, понимаешь? Все связано. Сегодня утром ты порвал шнурок, когда спешил на работу — лейтенант уставился на колдуна с изумлением — это тоже часть мира, – не обратив внимания, на удивление парня продолжил Вадим — и если бы ты не порвал этот шнурок, через два года, тайфун прошел бы мимо Осаки. В результате Масаока Такеша, не познакомится в разрушенном кафе с прекрасной Оши и не родится изобретатель межзвездного корабля.

Все дело не в шнурке, а в ткани мироздания. Я могу обучить, вот только нельзя впитать мои умения, не получив мои знания. А получив их, тебе, а именно тебя мне подсовывают в ученики, будет глубоко плевать на все, что было до этого. На все, включая родную Контору.

Молчи. — Вадим жестом оборвал попытавшегося что-то сказать Егора — Ты станешь чувствовать мир, и это не благо, это проклятие. Безумие, потому что чувствовать ты будешь не только цветочки и стихи влюбленных. Как тебе понравится чувствовать боль умирающих и отчаяние одиноких?

Как ты думаешь, что я сделал с Бердичевским?

– Проклял его? — неуверенно ответил Егор.

– Нет, – Вадим криво ухмыльнулся — я всего лишь дал ему почувствовать боль и ужас, всех его жертв. На одну минуту, всего минуту, а я чувствую такое всегда! Ты еще хочешь стать моим учеником? Ради Конторы?

Егор молчал, Мари присела рядом с Вадимом и обняла любимого.

– Не запугивай мальчика. — сказала она — Ты же видишь, он такой как надо. Сильный и светлый.

– Мари у нас умная, и душа у нее зрячая, куда там мне — засмеялся Вадим — скажи, зачем это нужно тебе? Не Конторе, а именно тебе?

– Я побывал в Череповецкой больнице, – Егор тщательно подбирал слова, чтобы объяснить, почему он вызвался добровольцем идти к колдуну.