levsha14

Левша (глава четырнадцатая) – это четырнадцатая глава мистичеcкого романа “Левша” от нашего автора Романа Ударцева.

ЛЕВША

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Гробить прекрасный лес, что окружал Тихий Бор, на строительство жилья ведуны не стали. Вместо этого они договорились с властями окрестных городов и покупали бытовой и промышленный мусор. Специальный цех, перестраивал кристаллические решетки отходов, выпуская различные изделия из булата и крепа. Крепом называли строительный материал, сходный с булатом но предназначенный для строительства. Он отличался от ведовской брони отличной теплоизоляцией и тем, что до воздействия укрепляющего заклятия легко обрабатывался, на подобии пенопласта. Весил он примерно столько же. Поэтому готовые дома приходилось укреплять, засыпая в фундамент грунт иначе их могло просто сдуть ветром.

Но и тут Томила Александровна нашла где побурчать. Трехэтажные дома были слегка изогнуты вдоль фасадов. Входы находились только с торцов и каждый этаж был со сквозным коридором. Чем ведунов не устроили прямоугольные дома, она не понимала пока не объявили тревогу. Всем гражданским было предложено вернуться в свои квартиры. После чего, дома начали сползаться друг к другу. Ведуны встроили антигравитационные движки под каждым. Изогнутые строения примыкали друг к другу, составляя замкнутые кольца.

То, что воспринималось как архитектурный бзик, вроде городов Солнца, стало неприступной крепостью с шестью пятнадцатиметровыми стенами и башней Управы в центре. Вместо стекол в домах был использован прозрачный булат, так что пройти сквозь него было нереально.

На крыше внешнего кольца домов расположились ведуны, кто бы не пожаловал в гости, он крепко пожалеет об агрессии, если, конечно останется жив. Вадим крепко усвоил прошлые ошибки. Жертвенность приносит трупы, а не популярность в народе. Все готовы восхищаться мучеником, а вот повторить его судьбу вряд ли кто-то захочет. Поэтому ведуны не собирались умирать за свою идею, предпочитая, чтобы враги умирали за свою.

Мирослава с облегчением передала управление Вадиму, принимать решения от которых зависят жизни людей, дело трудное и неблагодарное. Спецназовцев тут же отправили к пулеметным турелям, расположенным через каждые двадцать метров. И все же ведун надеялся обойтись без кровопролития. Самир сканировал окрестности поселка.

– Учитель, – доложил он — основная группа движется прямо по дороге, огнестрельного оружия у них нет, только палки, цепи и прочий хлам. Еще пять групп расположились на холмах. Там с вооружением все в порядке.

– Где именно? — уточнил Вадим.

Самир достал карту и нарисовал пять кружков на возвышенностях вокруг поселка.

– Примерно здесь, – он пожал плечами, – точнее не скажу.

– Примерно… – пробурчал Егор — самое время беготню по лесам устраивать.

– Давайте помогу, – вмешалась Алиса.

Она взяла маркер и начертила на карте странный иероглиф. Карта вспучилась и обрела цвет. Вадим понял почему ее называют Мать Штриха. Трехмерная карта была точной копией окрестностей. Красные точки показывали приближающихся людей.

– Почему они пустили вперед безоружных? — удивилась Мирослава.

– Это сопливые студенты, – зло ответил Егор — а группы на холмах, будут их расстреливать, если мы не захотим. Чтобы потом орать на весь мир, дескать ведуны мирных безоружных студентов поубивали. Твари!

– А это кто? — спросил Вадим указывая на еще четыре одинокие точки, что расположились на опушке.

– Очевидно операторы, – предположила Полина — готовятся снимать шоу. Не удивлюсь, если у каждого припрятана рядом снайперская винтовка, чтобы шоу гарантированно удалось.

Канцлер стоял рядом и не вмешивался. Юная девчушка принесла ему стул и он со стоном облегчения уселся. День был паршивый. Государь слушал ведунов. Мысленно продолжая все их предложения, он понимал, что противник подготовился великолепно. Даже если они попросту укроются в крепости, нужная картинка появится в СМИ и их смешают с дерьмом. Подобное американцы проворачивали не раз. И все же, было отличие, осенило канцлера. Он встал и подошел к столу с картой.

– Ребята, а что нас окружает? — спросил он и сделал неопределенный жест рукой.

– Лес, – недоуменно ответил Вадим.

– Вот именно, – хитро улыбаясь ответил канцлер — не городские кварталы как в Киеве или Багдаде, с кучей указателей и ориентиров. А хороший, прекрасный лес.

– Это гениально, Ваше Императорское Величество! — воскликнула Алиса Гринбург, она догадалась первая.

– Не называй меня так! — пробурчал канцлер.

– Как скажете, Ваше Императорское Величество, – послушно ответила Мать Штриха и поклонилась, чем заработала сумрачный взгляд государя.

– Может поясните, – спросил Вадим.

– Охотно, – канцлер потер руки — Вы, помнится мне, устроили липовые колдобины на дороге сюда. Они ведь не рисованные, а колдовской морок? А что нам мешает лес превратить в дорогу?

Из-за холма до чуткого уха ведунов, доносились дикие вопли: «безбожники», «порождения сатаны», «мерзкие язычники» и тому подобные лозунги, которыми проплаченные активисты заводили толпу идиотов. Ведуны ухватили суть предложения канцлера и на крыше появилось сразу десяток порталов. Они уходили туда, к толпе. Несложное по сути заклятие на таком количестве людей требовало слаженных действий и колоссального количества энергии.

Дорога перед разъяренной толпой вдруг изогнулась вправо. Но взвинтившие себя в фанатизме люди не обратили на это внимания и пошли по ней. Почему-то идти стало тяжелее, то и дело кто-то падал. Не видимые под мороком коряги и торчащие корни были вполне осязаемы. Дикая толпа стала удаляться от Тихого Бора в сторону Ярославля.

Левша вместе с Мирославой и предложившей помощь Алисой, создали мощный электромагнитный импульс и все что было отснято засевшими в засадах операторами, было уничтожено. Диверсанты об этом не знали. Сейчас их больше занимал тот факт, что толпа двигалась мимо них на юг. Тем более, что внезапно поселок Ведунов исчез, видны были только какие-то полуразваленные коровники и пара покосившихся изб. Почесав в затылках, они решили, что вышли на точки в не тех местах и бросились догонять толпу фанатиков. От того же электромагнитного выброса вышли из строя навигаторы и компасы.

Вадим и канцлер наблюдали как неразрешимая проблема топала мимо поселка, прямо в густые леса. Часа через два морок рассеется и вся шайка окажется среди болот и буреломов.

– Сколько они там бродить будут? — спросил улыбаясь канцлер.

– Городские студентики, без компасов? — ответил Вадим — трое-четверо суток, а то и неделю. Ничего, сейчас лето, тепло, а земля Русская щедра. Не загнутся авось.

– А остальные? — уже без улыбки заметил канцлер.

– Снайперов будут вести наши ребята, – пожал плечами ведун — до военной части номер двести пять, дробь четырнадцать. Отзвонитесь, пусть принимают архаровцев.

– Ладно, – спросил Канцлер и снова сел на стул. Вадим плюнул на запрет государя и втихую начал его омолаживать. Незаметно и несильно, но нормальный, вменяемый правитель нужен был и стране и ведунам. — А что мы будем дальше?

– Хороший вопрос, – задумчиво ответил ведун — эти придурки не угомонятся. А до третьей фазы Проекта, еще десять месяцев.

– Может пусть победят? — хитрости канцлеру было не занимать — Создать у них иллюзию того, что они нас облапошили. А самим спокойно работать дальше.

– Согласен, тем более, что у меня все готово. Только….

– Что Вас беспокоит? — спросил канцлер.

– Совесть меня беспокоит, – угрюмо ухмыльнулся Вадим.

– Увы, – развел руками канцлер — мы должны делать то, что должны. К тому же, он вызвался добровольцем?

Вадим вздохнул. Конечно добровольцем, а кто бы из его ребят отказался? Да прикажи он, они в костер прыгать будут. От такого доверия и любви, ему становилось тесно и неуютно. Особенно когда приходилось просить о таком. И ничем человеку не поможешь….

А еще Вадиму не давало покоя нападение хесжаков. Кто они, чего хотят и зачем нападать на ведунов. Тем более он чувствовал, что эти ребята вообще не из их вселенной, уж очень странной и чуждой была энергия исходящая от них. Алисе Гринбург придется ответить на множество вопросов. Доверие доверием, но врага, а эти жемчужины атаковали их без предисловий и были несомненно врагами, надо знать в лицо.

Услуги ветеринарных врачей кардиологов в ярославле.