Мост (глава 9) — это девятая глава мистического романа автора сайта Романа Ударцева “Мост”.

МОСТ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Малахитовая красавица не ошиблась, мост упирался в ровный песчаный пляж. И это было бы хорошо, не стой на против моста с десяток встречающих. Несущийся с сумасшедшей скоростью электромобиль с тремя вопящими дамами на борту, явно был тут новинкой. Вместо того, чтобы отскочить, комитет по встрече стоял разинув рты от удивления.

Все это могло закончится большими проблемами. Потому что даже бессмертному очень не понравится встретится с телегой весом в триста килограммов на скорости около шестидесяти километров в час. Только одна форма жизни восприняла подобное столкновение как досадное недоразумение. У моста троицу поджидали тинники.

Как только электромобиль пересек границу где заканчивался мост, он исчез, не оставив даже пыли. Магия грайи свершенная на мосту, оставалась лишь на нем. Ольга, Галатея и Настя полетели кубарем в тинников. Статуя прошибла трех из них и покатилась по пляжу, на мокрый от слизи малахит налипал песок. Ольга сгруппировалась, с громким «плюх» пролетела первого, второй сгреб ее в охапку и бережно поставил на почву. Настя, самая легкая из них, оторвала руки первому, что пытался ее поймать и застряла во втором. Тинник удивленно смотрел, на барахтающуюся внутри его полупрозрачного тела девочку, потом скорчил рожу, напрягаясь и исторгая ее из себя. Девочка выпала из его широченной задницы, вся слизкая и ревущая от страха.

Ольга обняла девочку. Видимо от пережитых ужасов, Настя была очень неразговорчива. Девушка не хотела давить на нее, когда захочет, девочка сама заговорит. Сейчас грайю больше беспокоили здоровенные полупрозрачные туши, что окружали их.

– Пошли утопнем вместе, – благодушно пробулькал ближайший тинник.

Не сразу Ольга сообразила, что это не приглашение к коллективному самоубийству, а добродушная и вежливая просьба проследовать к ним домой. Галатея наконец оправилась от падения и подошла к ним. Сейчас она вовсе не выглядела красавицей. Слизь из которой состояли тинники, отлично приклеивала песок, веточки и прочий мусор, лежащий на пляже.

– Тебе самое время, – не удержалась и хихикнула Ольга — в засаде сидеть. Ни один диверсант до такой маскировки не додумался.

– У тебя тоже, макияж кусками отваливается, – буркнула Галтея и пошла к реке отмываться.

– Человек, – пробулькал тот же тинник — так ты идешь?

– Да, – Ольга покраснела, было крайне невежливо игнорировать тех, кто спас тебе жизнь или, по крайней мере, избавил от серьезных увечий — только ополоснусь.

– А я не хочу! — заявила Настя, детским чутьем, она поняла, что тинники не представляют опасности — В реке вода холодная!

– Дело хозяйское, – пожала плечами Ольга, у нее был опыт общения с детьми и она понимала, что ребенок просто капризничает — руки хоть помой. И обниматься потом не лезь.

Девушка зашла в воду и скинула одежду. К счастью слизь тинников хорошо отмывалась. Настя подошла к берегу и полоскала пальцы. Девочка так старалась не замочить ноги в холодной воде, что слишком далеко наклонилась вперед. С криком она полетела в воду.

– Придется целиком мыться, – философски заметила Настя, сидя в воде.

– Ага, тяжела наша бабья доля, – согласилась Ольга усмехнувшись.

Тинники ходили по берегу и становились на пятна от впитавшейся в песок слизи, вбирая обратно части своих тел. На девушек они не обращали особого внимания. Возможно это были тоже женщины, но скорее всего у них не было пола в привычном людям понимании этого слова. Ольга якобы случайно подошла ближе к Галатее и спросила:

– Слушай, а это кто?

– Тинники, жители болот Сарида, – ответила статуя — они не опасны. Главное не идти за ними без оглядки.

– Могут в топь завести? — спросила Ольга.

– Не специально, они на девяносто процентов состоят из воды и им не нужно дыхание. Так что они просто не понимают, что людям нужен воздух. Им что воздух, что болото, все едино.

Девушки выбрались на берег. Ольга заметила, что тинники не проявляли ни малейшего раздражения задержкой. Просто прохаживались по берегу и перебулькивались. Ольга достала из котомки высохший, хотя и мятый сарафан, подумала и отдала его Насте, а сама одела мокрую одежду. Здоровье ребенка было важнее ее комфорта. Девочке он был великоват, но Ольга завязала короче бретельки и получилось нормально.

– Извините за задержку, – сказала Ольга, одевая котомку — мы готовы.

– Ничего, – махнул толстой полупрозрачной лапой тинник — мы понимаем, ты твердая, вот мысли плохо и текут. Пошлепали за мной.

Девушка не сразу поняла, что ее только что назвали тупой. Впрочем, она не обиделась. Люди тоже любили развешивать ярлыки на соседние народы, дескать тормоза. Южная часть острова Сарид была болотом, туда и повели их тинники. Ольга подхватила по пути сухую ветку и использовала как щуп. Захлебнуться в болоте ей вовсе не улыбалось. Почва под ногами пружинила, а в следах скапливалась вода.

– Тут мокро! — сообщила Настя недовольно.

– Ты очень наблюдательная, – ответила Ольга, но заметив, что девочка обиделась, пояснила — Те двое, гонятся за нами. Так будет быстрее и безопаснее.

– Только меня интересует вопрос, – подала голос Галатея — с чего бы это тинникам встречать нас? Обычно они носа не показывают со своего болота. А реки боятся как огня.

– А почему они реки боятся? — спросила Настя.

– Потому, что чистая вода их растворяет, – пояснила статуя — все равно, что человеку в кислоте искупаться.

– Думаю, – пожала плечами Ольга — мы скоро выясним, зачем мы понадобились нашим слизким друзьям. В любом случае, Митрич и Нугра слишком резво нас нагоняли. Вряд ли, для того, чтобы обцеловать при встрече. Насколько я помню видение на Обзорном Утесе, с острова Сарид идет три моста. Два на севере, на длинном скалистом мысе и один на юге.

– И ты рассчитываешь, – поинтересовалась статуя — что они поставят два против одного и помчатся на север?

– Именно так.

– Если мы выживем, – ответила Галатея — я начну обожествлять твой стратегический талант.

Ольге не понравилось «если», сказанное статуей. Но поворачивать назад уже было поздно. Электромобиль дал им фору в несколько часов, но пешком они передвигались куда медленнее мостового и сколопендры. Темнело, тинники все отчетливее светились в сгущающихся сумерках, тусклым зеленым светом. Девушка искренне надеялась, что это от природной биолюминесценции, а не от радиоактивности.

Первый раз в «окно» она провалилась когда уже стемнело и лишь звезды и сами тинники освещали дорогу. Холодная жижа топи очень не понравилась Ольге. И если единственное неудобство, что испытывала Галатея, это грузнущие в мягком грунте ноги, что для малахитовой статуи неприятно, но не опасно, то людям приходилось несладко. Настя выбилась из сил и уселась прямо на кочку. Девочку била крупная дрожь.

Оля понимала, что надо делать привал, вот только где. Последние полчаса она высматривала хоть немного сухое место. Попадающиеся участки сухой травы лежали на мокрой земле и для привала не годились. Кроме того тинники шли все быстрее. Для них наоборот, слишком сухие участки представляли проблему, они на них быстро теряли влагу и подвижность. Чавкающий простор болота был их домом и шоссе одновременно.

– Эй, – позвала ближайшего тинника девушка — как тебя зовут?

– Ты же видишь? — удивился тинник — Все мои сполохи перед тобой!

– Блин, еще ребусов не хватало, – устало сказала Ольга — Впрочем, пофиг! Нам нужно сухое место для отдыха!

– Нет, не надо отдыха! — возмущенно пробулькал тинник — Наш шаман должен делать Уль-Буль. А из-за того, что дерево для Уль-Буля упало, то шаман помер. Нужна грайя. Ты грайа, так что поможешь шаману Уль-Буль делать.

– Он же помер? — удивилась Ольга.

– Уже три штуки померло, – подтвердил тинник — у нас шаманы кончаются. Нужна грайя. А отдыхать не нужно!

– Если мы не обсохнем и не отдохнем, – ответила Ольга — грайи закончатся у вас еще раньше. Доступно объяснила?

– Надо подумать, – сказал тинник и потопал к соплеменникам.

Галатея согнала с кочки Настю, уселась сама и постелила на каменные коленки относительно сухую котомку. Девочка забралась к ней на руки. Пусть и не полноценный отдых, но на время, ребенка вытащили из сырой чавкающей влаги. Статую грязь только раздражала, а дитя могло заболеть.

– Что за Уль-Буль? — спросила Ольга у каменной подруги.

– Видимо какой-то обряд, – пожала плечами Галатея.

– Грайя это ведьма, правильно я поняла? — уточнила Оля, статуя кивнула — А с чего они решили, что я ведьма?

– Оленька, – улыбнулась малахитовая красавица — наш победоносный спуск на волшебной повозке слышали даже на Авегосе. Жители Сарида тем более.

– Но я же могу колдовать только на мостах, – удивилась Ольга — на островах я бессильна.

– Кто тебе это сказал? — ехидно усмехнулась статуя — Или у тебя такой колоссальный опыт в ведовстве?

Девушка замерла. Действительно, она не пробовала колдовать на островах. Просто на мостах это умение появлялось само собой в сознании. Как будто мосты были больше чем соединяющими устройствами между кусками суши. Она задумалась, чтобы такое наколдовать, чтобы обсохнуть, ускориться и не устроить экологическую катастрофу островного масштаба. Но тут подошли тинники и отвлекли ее от раздумий.

Они несли на руках кусок дерна размером три на четыре шага. Причем легко несли, как будто он был невесом. Сверху он был покрыт пожухлой травой, веточками кустарников и листьями. Снизу стекала грязь и падали камешки. Тинники светились очень сильно и дерн сох на глазах. Ближайший, Ольга так и не научилась их различать, уж слишком они были изменчивы и переливчаты, пробулькал:

– Человек, коснись Сухого Кирдыка, если не боишься!

Ольга потрогала дерн. Абсолютно сухой, даже снизу у от земли не шло привычной сырости.

– Жаль, что на него нельзя забраться, – пожала она плечами — а на земле он моментально отсыреет.

– Уууу… – опасливо глядя на нее загудели тинники — грайя! Вот силища, даже Сухого Кирдыка не боится!

Тинники разом отпустили пласт почвы. Вместо того, чтобы плюхнуться вниз и поднять тучу брызг, он завис в воздухе на уровне пояса. Ольга снова потрогала его. Обычная сильно пересохшая земля и трава. Непонятно каким образом висящая в воздухе. Девушка нажала на платформу, та чуть отъехала в сторону, не опустившись ни на миллиметр.

– Настя, иди сюда! — позвала она измученного переходом ребенка.

Подхватив девочку, она водрузила ее на платформу.

– Буль, твою в болото! — ахнул кто-то из тинников — Головастика не пожалела!

Платформа снова откатилась в сторону, но не просела. Ольга вскарабкалась на нее сама и помогла влезть Галатее. Они быстро стянули с себя сырые вещи и с наслаждением растянулись на сухой траве. Если бы не стылый болотный дух вокруг, можно было бы представить, что упал на сеновал.

– Спасибо ребята! — искренне поблагодарила тинников девушка и ее подруги присоединились к ее благодарности — Вот тут можно остановится на ночь! Ох как хорошо! Галатея знаешь, как сделать человеку хорошо?

– Ну, – осторожно ответила далеко не девственная Галатея — есть несколько способов…

– Надо сделать человеку плохо, а потом как было до этого! — улыбка Ольги погасла, когда она увидела, что ее шутку не понял вообще никто.

– Только останавливаться мы не будем, грайя, – сказал тинник — мы вас потянем на место Уль-Буля.

Остальные тинники привязывали к парящему дерну длинные черные корни каких-то растений. Причем делали это с очень большой осторожностью, стараясь не касаться сухого дерна. Один из них зацепился рукой, лишь слегка коснулся, но с воплем отскочил, зажимая место прикосновения как рану.

– Слушай, – спросила Ольга, показывая на парящий остров — а что это вообще такое?

– Это Сухой Кирдык, – объяснил тинник — мы с его помощью казним самых страшных преступников, которых надо не просто убить, а страшно мучить перед смертью высушиванием! Впервые вижу, чтобы кто-то добровольно на Сухой Кирдык влез.

– Мы получается, – сказала Галатея — на плахе катаемся что ли?

– Видимо так, – пожала плечами Ольга.

Тинники схватили концы корней и потащили Сухой Кирдык на юг в глубь болот. Не приноравливаясь к неуклюжим в топких местах людям, они развили приличную скорость. Из-под их ног летели брызги воды и комья грязи. Ольга и Настя, измученные долгим днем, быстро заснули. Только Галатея, что воспринимала сон лишь как забаву, смотрела на светящихся в темноте тинников и звезды над головой. На секунду ей показалось, что в небе промелькнула тень, но она не придала этому значения. Наконец ей надоело пялиться на неменяющуюся картинку болота и она тоже уснула.