Мост (глава 22) – это двадцать вторая глава мистического романа автора Романа Ударцева “Мост”.

МОСТ

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

В комнате остро пахло сексом. Женским и мужским потом, смятыми в страсти простынями и давно погасшим огарком свечи. Если не присматриваться, то можно было подумать, что здоровенный мужик решил отжиматься прямо на кровати, причем голый. Но если наблюдатель не отведет глаза сразу, то заметит под ним женщину. Миниатюрную в сравнении с мужчиной, но верткую и умелую.

Галатея была очень внимательным наблюдателем. Она неслышно вошла и сейчас размышляла, стоит ли предложить парочке присоединится к ее прогулке по Китежу или самой присоединится к ним в кровати. Двое были так увлечены происходящим, что не сразу заметили гостью. Малахитовая красавица простояла там минуты две, пока случайный взгляд не испортил все веселье.

– Мать твою! — воскликнула Ольга и стала лихорадочно нащупывать что-то возле кровати — Стучаться не учили?!

– В лесу что ли стучаться? — расхохоталась Галатея, уклоняясь от летящего в нее ботинка.

– Дура зеленая! — буркнул Дегтяренко, садясь на кровати и запахиваясь лоскутным одеялом.

– Пигмалион тебя в лесу ваял? — раздраженно ответила Ольга.

– Пигмалион никогда не был против компании, – пожала плечами статуя — да и я тоже.

– Размечталась! — отрезала Ольга и посмотрела на мужа, тот благоразумно не смотрел на ее Приз.

– Ну и долго вы собираетесь тут миловаться? — спросила Галатея — Вы вообще странная парочка, даже для людей. Сначала чуть не поубивали друг друга, а теперь две недели из койки не вылезаете.

Действительно встреча Дегтяренко и Ольги прошла на повышенных тонах. Ольга считала путешествие на Калинов Мост дорогой в один конец. Когда тут нарисовался ее благоверный, она закатила скандал. Ей было жалко мужа, да и кто присмотрит за юным Никитой. С другой стороны, мужчина ожидал совсем иной реакции на его благородную попытку помочь жене, чем площадную ругань и удар прикладом автомата. Так что семейный скандал запугал даже дымных шептунов, те благоразумно попрятались и не высовывались пока буйная компания не свалила с острова.

Была еще одна причина дурного настроения Ольги. Пока она передавала сообщение на Землю, куда-то запропастились Настя и Нугра. За сколопендру девушка не переживала, а вот за дитя душа болела. На вопрос, как Галатея могла отпустить ребенка незнамо куда, малахитовая красавица пожала плечами и сообщила, что еда закончилась и вообще она Приз Ольги, а не Насти.

Друзья рассчитывали найти девочку на Авегосе, втором по размеру и самом густонаселенном острове. Тут было даже два города Китеж на северо-востоке и Тамоанчан на юге. Пока никаких следов Насти и Нугры найти не удалось.

Бурная ссора Паши и Оли, перетекла в не менее бурное примирение. А поскольку не виделись они уже давно, да и последние месяцы перед самоволкой Ольги тоже не были наполнены романтикой, то они уже две недели распугивали еженощным грохотом и стонами других постояльцев крошечного постоялого двора. Впрочем, хозяин гостиницы был не против, наоборот встретил спустившихся со второго этажа постояльцев, широкой улыбкой. Дегтяренко уже привык к ней и не тянулся каждый раз за пистолетом, увидев сотню оскаленных в дружелюбии клыков.

– Желаете кваса, амброзии, браги или героина? — спросил шишимора, раскладывая на специальном подносе допотопные стеклянные шприцы, с мутной жидкостью.

– Благодарю Кварг, – покачал головой Дегтяренко — но мы перекусим в городе. Извини за шум.

Шишимора скорчил на своей физиономии скорбное выражение. Гладкая блестящая кожа, из-за чего казалось, что он покрыт слизью, сложилась в складки. А пятна на коже, похожие на нарывы, угрожающе выпятились. Как и всех богов кошмаров, видок у корчмаря был отвратный. Дегтяренко пересилил себя, подошел к стойке и положил на полированное дерево простой золотой кружок. Поскольку на Земле понятия не имели какие деньги чеканят на Калиновом Мосту, да и чеканят ли вообще, то на всякий случай положили килограмм чистого золота в форме золотых гладких «монет», каждая весом в грамм. Деньги на Авегосе были, а на одну золотую монету семья крестьян могла жить полгода, так что у путешественников социальный статус сразу поднялся до уровня элиты.

Монета исчезла мгновенно. Уж чего-чего, а мимо денег Кварг проходить не любил. Тем более шальных. Люди платили за постой столько, что уже могли раскатать постоялый двор по бревнышку и он им только спасибо скажет. Кроме того, бережливый корчмарь собирался послать жену за простынями пришельцев. Паша и Оля думали, что их постельное меняют и стирают каждый день из чистоплотности хозяев. На самом деле, каждую простыню и одеяло Кварг не стирал, а разрезал на крохотные кусочки, с половину ладони размером. Потом, когда грайа и ее муж уедут, народ еще долго будет вспоминать их бурные ночи. Тогда-то шишимора и начнет продавать эти тряпочки. Это же готовый артефакт, до предела загруженный энергией. Подложи лоскуток под задницу жены, когда спишь с ней, и она обязательно забеременеет. Глупые люди не понимали, что такую колоссальную силу нужно беречь. А умный Кварг на этом наживется. Потирая свои мерзкие на вид руки, шишимора искренне улыбался в след своим постояльцам.

Китеж был странным гибридом древнего и современного города. Из-за теплого климата жилища строились легкие: одноэтажные из жердей, двух-трехэтажные из тонких бревен. Единственное каменное здание гранитные палаты князя, что возвышались над центром города черной угрюмой громадиной. Там же находился гарнизон стражи, административный центр, лобное место, пыточные и прочие высшие проявления цивилизации ирийцев.

Все улицы города дублировались небольшими каналами, где передвигались на лодках сухопутные жители и комфортно чувствовали те, для кого вода была домом. Свитезянки, тритоны, водяные, кракены, все они могли при желании выбраться на сушу, но использовали каналы. В городе была великолепная система канализации и сбора мусора. Попытка любого жителя загадить канал, закончилась бы жестокой расправой от водных обитателей. И другие горожане даже не попытались бы помочь дураку.

В ажурных фонарях вечером зажигался колдовской свет, пользоваться открытым огнем в деревянном городе было строго запрещено. Все постройки были заколдованы от пламени, но дерево есть дерево и пожар был ужасом для подобных населенных пунктов. Площадь Китежа с трудом поддавалась исчислению, потому что не было строгой границы города. Посады становились реже, улицы шире и постепенно переходили в окрестные села, затем в хутора и поля. Дегтяренко отмечал для себя границу города по деревьям. В центре их не было вовсе, слишком экономили место. Вообще он прикидывал, что в Китеже и посадах живет около пятидесяти тысяч ирийцев.

– Куда пойдем? — спросил он жену, останавливаясь на перекрестке.

Дорога на право вела к замку князя и библиотеке, налево к торжищу. Ольга колебалась. С одной стороны, они немало заплатили за доступ к книжному хранилищу. Там они целыми днями рылись в хрупких манускриптах, чтобы выяснить первопричину войн, то есть выполнить свое основное задание. Но на торжище стекались новости со всего Авегоса и соседних островов, если что-то и можно было узнать об Насте, то только там.

Хитрый Дегтяренко дал выбор ей. Этим он избежал скандала. Чтобы он не выбрал, жена будет обвинять его в принуждении, а так с него взятки гладки. Ольга раздраженно посмотрела на безмятежно разглядывающего канал мужа. Вздохнула и повернула направо. Настя, конечно, важна, но не важнее их задания.

– А я думала мы на торжище пойдем? — невинно спросила Галатея.

– Договорились! — уверенно громыхнул Дегтяренко — Ты идешь на торжище, а мы в библиотеку!

– Эй, – возмутилась статуя — она мой Призер! Я не могу ее бросить на произвол судьбы!

– В хранилище мне грозит, – через силу, она еще не подавила в себе раздражение, улыбнулась Ольга — только помереть от скуки. Сходи, милая, на торжище и мне будет спокойнее. Договорились?

– Ладно, – махнула рукой Галатея — все равно мне полировальную пасту надо купить. Вот видите? — она показала на гладкое на вид плечо — Мне нужно этот кошмар заполировать, а то как чушка выгляжу!

– Вот и хорошо, – кивнул Паша — встретимся в три часа в «Толстом Песце».

Таверна «Толстый Песец» была экстравагантным заведением, где подавали экзотические для ирийцев блюда земной кухни. Полное меню вызывало оторопь, но кое-что из их списка можно было есть не опасаясь, что, пища сбежит из тарелки. Сами ирийцы предпочитали свежее, сырое или живое. Так что идея жарить, варить или коптить еду, казалась местным донельзя странной и, следовательно, модной.

Муж с женой стояли и смотрели в след каменной красавице, что легкой походкой шла по улице. Короткая туника лишь подчеркивала, а не скрывала совершенство ее фигуры. Прохожие оборачивались на нее с вожделением. Ольга заметила, внимательный взгляд Паши и почувствовала ревность.

– Налюбовался? — едко спросила она и дернула его за руку — Пошли!

– Я не о том думаю, – Дегтяренко посмотрел на жену и Ольга увидела в его взгляде тот же холодок, с которым он осматривал позиции врага перед боем — а можем ли мы ей доверять?

– Нет, конечно, – Ольга сбросила маску ревнивой жены в отпуске и стала той боевой подругой, которая шла рядом с мужем-командиром по выжженным равнинам Америки — но пусть она думает, что мы два доверчивых дурачка.

– Согласен, Оля, – кивнул Дегтяренко и предложил жене руку — а теперь пойдем, Книжный Червь уже заждался поди.

Кому подходит крауд маркетинг.